Ищу психолога для работы с эмоциональной устойчивостью

Повторно публикую данный запрос с некоторыми уточнениями. Возможно, часть специалистов не сразу увидела, что мой запрос связан не с обсуждением законов, социальных или политических вопросов, а с психологической работой с внутренними переживаниями.

Другие специалисты пока не смогли предложить мне ничего, кроме подхода, который по своему результату напоминает описанные в работах канадского психолога Джона У. Берри (John W. Berry) стратегии ассимиляции или маргинализации.

Для понимания рамок, в которых я хотел бы вести психологическую работу, использую следующие понятия:

1. Интеграция - свои культурные корни сохраняю + активно взаимодействую с новой культурой.

2. Ассимиляция - от своих культурных корней отказываюсь + принимаю культуру большинства.

3. Сепарация - свои культурные корни сохраняю + от взаимодействия с другой культурой дистанцируюсь.

4. Маргинализация - свои культурные корни не сохраняю + в новую культуру полноценно не включаюсь.

5. Сегрегация - большинство или государственные институты отделяют меньшинство, ограничивая его полноценное участие в общем обществе.
В рамках модели Берри важно рассматривать не только вопрос интегрируется ли меньшинство? , но и вопрос какую стратегию по отношению к меньшинству реализует большинство? . Это позволяет разделять внутреннюю стратегию самого человека и внешние условия, которые создаёт общество.

Моя задача работать в направлении противодействия сегрегации, сохранения внутренней целостности, чувства принадлежности и эмоциональной устойчивости .

Подход, при котором психологическая работа фактически требует отсечь значимые части прошлого, идентичности или жизненного опыта, мне не подходит.

Это похоже на отрывание паучку лапок как вредоносных отростков, появившихся в результате его жизни. Когда он останется на двух ногах или на одной, ему предлагают начать учиться ходить заново или держаться на костылях. Работа системных современных психологов воспринимается мною именно так: сначала человека лишают частей внутренней опоры, а затем пытаются научить его жить в получившемся состоянии.

Меня интересует другой подход: психологическая работа с внутренними переживаниями, идентичностью и эмоциональной устойчивостью без сведения задачи к тому, чтобы отсечь неудобные части жизненного опыта или идентичности и затем подстраивать человека под заранее определённый и понятный окружающим формат жизни.

Для меня важно искать способы сохранять внутреннюю целостность и устойчивость, не отказываясь от значимых частей самого себя.

Что я изучаю самостоятельно

Сейчас я пытаюсь самостоятельно работать над пониманием собственных переживаний.

Одной из опор для меня является изучение психологического опыта людей, переживших Холокост, и научных исследований механизмов устойчивости в условиях социальной изоляции, давления на идентичность и изменения представлений о том, кто является своим, а кто воспринимается как чужой.

В этой области для меня важны:

Виктор Франкл, Человек в поисках смысла сохранение смысла и внутренней опоры в экстремальных обстоятельствах.

Аарон Антоновский, Health, Stress and Coping факторы психологической устойчивости.

Ирвин Ялом и его работы по групповой психотерапии преодоление изоляции и восстановление чувства связи с другими людьми.

Особенно близка мне книга Эдит Эгер Выбор , основанная на её опыте узницы Освенцима.

В книге она показывает различие между внешней и внутренней несвободой: из физического концлагеря человек может однажды выйти, но внутренний концлагерь, созданный травмой, страхом и болью прошлого, нельзя просто покинуть необходимо освобождаться от его влияния.

Для меня важны поднятые Эгер темы внутренней свободы, силы выбора и способности восстанавливать связь с жизнью во время тяжёлых испытаний.

Опыт людей, переживших Холокост, я рассматриваю не как прямое сравнение с моей ситуацией, а как источник понимания универсальных психологических механизмов:

как человек сохраняет ощущение я принадлежу, когда общество меняет критерии принадлежности и представления о том, кто считается своим, а кто чужим.

Центральный вопрос

Именно этот вопрос является для меня центральным:

Как человеку сохранить ощущение я принадлежу, когда вокруг него меняется определение того, кто считается своим?

Когда сегодня человек ощущает: Ты свой, а завтра сталкивается с сигналами: Ты другой, Ты один, Ты чужой, естественной психологической потребностью становится восстановление чувства связи с другими людьми и переживания принадлежности.

Именно поэтому мне хотелось бы попробовать групповой формат психотерапии или группу поддержки , чтобы получить опыт безопасного взаимодействия, восстановить ощущение связи с людьми и развивать эмоциональную устойчивость.

Основной фокус для меня работа с внутренними переживаниями и реакциями.

Личный опыт

Я гражданин Латвии, русский язык мой родной. Моя семья исторически жила на территории Латвии ещё до образования государства в 1918 году.

По экономическим причинам я был вынужден уехать и утратил значительную часть экономической связи с Латвией. Однако во время приездов в страну в последние годы у меня возникает ощущение, что изменившийся социальный и государственный контекст влияет на моё восприятие собственной принадлежности к Латвии.

Мне сложно понять логику некоторых различий, которые я вижу в языковой политике государства.

Я не понимаю, почему граждане с родным латышским языком и граждане с родным русским языком воспринимаются по-разному в контексте публичной сферы, при том что и те и другие являются гражданами одной страны и могут иметь одинаково долгую семейную историю на этой территории.

Также я сталкиваюсь с тем, что в публичном восприятии могут объединяться совершенно разные этнокультурные и исторические категории:

1. русскоязычные жители Латвии, чьи семьи исторически проживали на территории Латвии до 1918 года;
2. неграждане;
3. натурализованные граждане;
4. семьи, проживавшие на территории Латвии до 1940 года;
5. миграция советского периода 1940–1991 годов;
6. более поздняя миграция после 1991 года.

Для меня эти категории имеют различный исторический и личный контекст.

Это вызывает внутренние вопросы, напряжение и непонимание.

Моя цель не оценивать государственную политику , а работать с собственными ощущениями и психологическими реакциями на окружающую социальную среду.

## Цель работы

Найти способы сохранять внутреннее спокойствие, целостность и эмоциональную устойчивость на фоне социальных и политико-культурных изменений, затрагивающих моё личное пространство и чувство принадлежности.

Отдельная задача выработать психологические способы противостоять переживанию сегрегации и социального отделения , не уходя при этом в самоизоляцию, сепарацию или отказ от собственной идентичности.

Для меня принципиально важно, чтобы повышение устойчивости не достигалось ценой отказа от значимых частей собственной идентичности.

Формат

Предпочтительно групповая терапия или группа поддержки .

Индивидуальная терапия также возможна, но может в меньшей степени соответствовать моему запросу и быть для меня более финансово затратной.

## Кого ищу

Психолога, психотерапевта или ведущего группы с опытом работы с:

- эмоциональной устойчивостью в условиях социальной и политической напряжённости;
- идентичностью и чувством принадлежности;
- переживанием изменения социальной среды;
- социальной изоляцией и ощущением отчуждения;
- длительными межкультурными и межгрупповыми напряжениями;
- восстановлением чувства связи с другими людьми без отказа от собственной идентичности;
- психологическими способами противодействия переживанию сегрегации и социальной изоляции.

Будет особенно интересен опыт работы с подобными психологическими запросами в разных странах.

Например:

Канада исторический опыт First Nations, Inuit и Métis, вопросы культурной идентичности, последствия политики ассимиляции и восстановление связи с языком и культурой.

США опыт Native Americans, афроамериканских сообществ и других этнокультурных групп, сталкивавшихся с вопросами идентичности, принадлежности и последствиями социальных изменений.

Европейские страны психологическая работа в условиях языковых, культурных и социальных изменений и межгрупповой напряжённости.

Для меня важен не политический анализ этих процессов, а именно опыт психологической работы с переживаниями людей, сталкивающихся с изменением социальной среды, вопросами принадлежности и необходимостью сохранять внутреннее равновесие.

## Пояснение для терапевта

Прошу рассматривать данный запрос исключительно в контексте психологической работы с идентичностью, эмоциональной устойчивостью, чувством принадлежности и восприятием социальной среды .

Я не ставлю задачу обсуждать, оценивать или оспаривать законодательство и правовые нормы. Также не предполагается дискуссия о корректности или эффективности государственных решений.

Все упоминания социальных, правовых и политических факторов используются как описание внешнего контекста, на который возникают мои внутренние эмоциональные и психологические реакции .

Фокус работы прошу направить на:

- развитие внутренней и эмоциональной устойчивости;
- противодействие переживанию сегрегации и социальной изоляции;
- снижение чувства отчуждения;
- восстановление чувства связи и принадлежности;
- сохранение целостной идентичности;
- развитие способности выдерживать изменения внешней среды без разрушения внутренней опоры;
- поиск способов взаимодействия с обществом без необходимости отказываться от значимых частей себя;
- сохранение способности к интеграции и контакту с другими людьми без ухода в самоизоляцию.

Прошу в ответном сообщении кратко описать ваш подход к работе с подобными запросами и, по возможности, прислать примерный план или эскиз программы.

Это поможет мне понять, соответствует ли предлагаемый формат моему запросу и каким может быть наше дальнейшее взаимодействие.